Песни и милиции
Найдено 26 песен.
Мне совсем не надоело
Пить, курить, бухать, ебаться.
Наполнять спиртами тело
И облёванным валяться.
Осенью, в дождливый серый день
Чуть было не сбил меня олень.
Он летел по гулкой мостовой
На «шестёрке Жигули» гнилой.
Эта «Хонда» быстро летит.
За рулём водитель-экстремал.
Как же я живой до сих пор?
«Скинь десяточку» — ему сказал.
Парковаться как и где, развернуться во дворе
Учат в школе, в автошколе, в автошколе.
Как водиле ебануть, коль маршруткой режет путь
Не научат в автошколе, в автошколе.
Наша служба охуительно трудна,
Но на первый взгляд как будто не видна.
Если ты бухой, товарищ дорогой,
Денег дать не хочешь,
Вот и осень. Пора опять учиться.
Вот и вечер. Пора опять напиться.
Лицом коснулся я земли,
Меня в ментовку замели.
И мама, папа, мне не помогли.
Осенью, в дождливый серый день
Чуть было не сбил меня олень.
Он летел по гулкой мостовой
На «шестёрке Жигули» гнилой.
Жил в Ташкенте он заебательно
С двадцатью братьями и мамою.
Наконец, решился сознательно
Посмотреть Москву златоглавую.
Ой, полным-полна Москва путанами: есть за штуку, есть за три.
Есть хохлушки с молдаванками, есть подружки из Твери.
Цвели ромашки, а солнце грело,
Среди двора лежал дебил.
И на асфальте кусочком мела
Его сержантик обводил.
С этого начинается. Тормознули менты.
На посту он шатается и кидает понты.
В документы впиявится: «Не такие права».
Вдруг в салоне появится где-то сбоку трава.
Цвели ромашки, и солнце грело,
Среди двора лежал дебил.
И на асфальте кусочком мела
Его сержантик обводил.
Ты столицу вознамерилась покорить,
Из провинции приехав сюда.
Олигарха ты надеялась подцепить
На приманку под названьем «пизда».
Парковаться как и где, развернуться во дворе
Учат в школе, в автошколе, в автошколе.
Как водиле ебануть, коль маршруткой режет путь
Не научат в автошколе, в автошколе.
Вечером у дома пили пивко
И фонарь светил легко далеко.
Подошли ребята, начали камнями
Лампочку сбивать.
Я жил без прописки три дня, потом я на юг улетел.
Меня там поймали менты, въебали под дых, потом по башке,
Теперь кровью срусь на толчке.
Дороги кривые ведут в никуда
И ездить по ним вообще, блядь, пизда.
Раздолбят, распашут и выставят знак,
Что влево — объезд, а вправо — овраг.
Ты вернулась с вечеринки вся в слезах.
Тебя кто-то отпердолил на глазах.
Зачем, зачем нагнулась ты среди угарной тесноты?
Ребята пьяные пристроили хвосты.
Это было не весной. На дворе июнь ночной.
Мы гуляли до утра. Я нажрался как всегда.
Только где-то там, вдали, вдруг зажглися фонари.
Руднева с толпою вряд пьяная вела «Пассат».
Отвали, отвали, надоели глюки мне твои.
День и ночь в облаках ты витаешь.
Ты не жрёшь и не спишь, целый день о плане говоришь.
Мусора магазин задержали.
Это было не весной. На дворе июнь ночной.
Мы гуляли до утра. Я нажрался как всегда.
Только где-то там, вдали, вдруг зажглися фонари.
Руднева с толпою вряд пьяная вела «Пассат».
Отвали, отвали, надоели глюки мне твои.
День и ночь в облаках ты витаешь.
Ты не жрёшь и не спишь, целый день о плане говоришь.
Мусора магазин задержали.
Это было не весной. На дворе июнь ночной.
Мы гуляли до утра. Я нажрался как всегда.
Только где-то там, вдали, вдруг зажглись фонари.
Руднева с толпою вряд пьяная вела «Пассат».
Продажные твари, ментовские хари.
И если ты не при делах, то им до пизды.
Денег дай, ну-ка, быстро мне,
Чтоб никто не просёк.
Ему всё снится по ночам один и тот же сон,
Как будто дилер подогнал ему травы вагон.
Свернул из тубуса себе он маленький косяк
И дунул... Вот это ништяк!